Священномученик Викторин Добронравов (1889–1937)

Новомученики и исповедники
Санкт-Петербургской епархии

Претерпевый до конца, той спасен будет
(Мф. 10, 22)

Священномученик Викторин Добронравов (1889–1937)

протоиерей

Дни памяти
15 (28) декабря; Собор Санкт-Петербургских святых – третья неделя по Пятидесятнице
Храмы
Храм свт. Николая Чудотворца на Петровском острове; храм вмч. Пантелеимона на Пискарёвке

Викторин Михайлович Добронравов (29.01.1889, Кишинёв - 28.12.1937, г. Боровичи, ныне Новгородской обл.), сщмч. (память 15 дек., в Соборе новомучеников и исповедников Российских и в Соборе Санкт-Петербургских святых), протоиерей. Из семьи священника. Незрячая с детства сестра юноши была чудесным образом исцелена прав. Иоанном Кронштадтским, что сильно подействовало на Викторина, укрепив его веру. В 1910 г. он окончил СПбДС, в 1915 г.– экономическое отделение Политехнического института, учился в СПбДА. Был иподиаконом Гдовского еп. сщмч. Вениамина (Казанского). 4 октября 1915 г. рукоположен во диакона, 21 декабря 1915 г. – во иерея, служил в церкви Преображения Господня (Спасо-Колтовской) в С.-Петербурге. В 1916–1918 гг. преподавал Закон Божий в местной церковноприходской школе и ряде городских училищ. Арестован 25 сентября 1918 г., заключен в Петропавловскую крепость, через месяц освобожден без вынесения приговора. В 1919 г. возведен в сан протоиерея. С 25 февраля 1919 по 8 февраля 1930 г. о. Викторин являлся настоятелем церкви свт. Николая Чудотворца на Петровском острове. В 1918–1919 гг. служил в ревизионной комиссии, в 1921–1922 гг. работал в ремонтных мастерских.

12 декабря 1927 г. о. Викторин посетил митрополита Сергия (Страгородского) в составе делегации ленинградских иосифлян, призывавших Заместителя Патриаршего Местоблюстителя «отказаться от намечающегося курса порабощения Церкви государством». 26 декабря о. Викторин отделился от митр. Сергия, стал одним из активных деятелей иосифлянского движения, пользовался популярностью в среде интеллигенции. После закрытия цереви свт. Николая с февраля по апрель 1930 г. о. Викторин служил в храме вмч. Пантелеимона на Пискарёвке, с апреля 1930 г. совершал богослужения в квартирах духовных детей, окормлял часть сестер закрытого с.-петербургского во имя прп. Иоанна Рыльского монастыря. Летом 1930 г. ездил в Саров и Дивеево, где исцелился от гангрены ноги; в том же году навещал отбывавшего ссылку в Моденском монастыре митрополита Иосифа (Петровых). Отец Викторин выступал против регистрации приходских советов иосифлянских церквей.

В сентябре 1930 г. о. Викторин был арестован по делу «Ленинградского филиала Истинно-Православной церкви». Виновным в предъявленных обвинениях себя не признал. 8 октября 1931 г. приговорен Коллегией ОГПУ к 10 годам лагерей, отбывал срок в Беломоро-Балтийском и Сибирском ИТЛ сначала на общих работах, после окончания фельдшерских курсов работал фельдшером. Освобожден досрочно 7 декабря 1936 г. Поселился на хуторе Гнёздышко Оксочского сельсовета Окуловского района Ленинградской (ныне Новгородской ) области, работал в областном детском интернате им. Ушинского в с. Оксочи. Совершал тайные богослужения, на которые приезжали иосифляне в т. ч. из Ленинграда.

Вновь арестован 6 августа 1937 г., обвинен в членстве в «контрреволюционной монархической организации» и в «антисоветской пропаганде» среди работников интерната, содержался в Боровичской тюрьме. В Боровичскую тюрьму по данному делу был помещен 31 «член контрреволюционной организации», от арестованных пытками добивались признания в «антисоветской деятельности». Один обвиняемый умер во время следствия, 24 признали вину, шестеро, в т. ч. о. Викторин ее категорически отвергли. Священномученик был расстрелян по приговору особой тройки УНКВД по Ленинградской области от 15 декабря 1937 г. Включен в Собор новомучеников и исповедников Российских постановлением Священного Синода РПЦ 25 марта 2004 г. В 1981 г. прот. Викторин был канонизирован Русской православной Церковью за границей.

Православная энциклопедия

 

Тропарь, кондак, величание священномученика Российского XX века

Тропарь, глас 3 

Церкве Русския столпе непоколеби­мый,/
благочестия правило,/
жития евангельскаго образе,/
священномучениче (имярек),/
Христа ради пострадавый даже до крове,/
Егоже моли усердно,/
яко На­чальника и Совершителя спасения,/
Русь Святую утвердити в Православии//
до скончания века.

  

Кондак, глас 2 

Восхвалим, вернии,/
изряднаго во святителех (или священницех)/
и славнаго в мученицех {имярек),/
Православия побор­ника и благочестия ревнителя,/
земли Русския красное прозябение,/
иже стра­данием Небес достиже/
и тамо тепле молит Христа Бога//
спастися душам на­шим.

 

Величание 

Величаем тя,/ священномучениче {имя­рек),/
и чтим честная страдания твоя,/ яже за Христа/
во утверждение на Руси Право­славия// претерпел еси.

29 января 1889 г. – родился в Кишиневе, в семье священника.

1910 г. – окончил Кишиневскую духовную семинарию. Затем поступил в Петроградский Политехнический институт.

4 октября 1914 г. – рукоположен в диакона. Служил в Спасо-Колтовской церкви в Петрограде.

В конце 1915 г. – рукоположен в иерея к тому же храму.

25 сентября 1918 – арестован. Провел в заключении около месяца.

С 25 февраля 1919 года – протоиерей, настоятель домовой церкви свт. Николая Чудотворца в доме-убежище для престарелых артистов на Петровском острове в Петрограде.

В конце 1920-х годов – известный священник-иосифлянин. В декабре 1927 г. входил в состав делегации к митрополиту Сергию (Страгородскому).

19 сентября 1930 г. – арестован и заключен в Арсенальную тюрьму.

8 октября 1931 года коллегией ОГПУ осужден по обвинению в участии в контрреволюционной монархической церковной организации (ст.58-10,58-11 УК РСФСР, групповое дело "Истинно-Православных") и приговорен к 10 годам исправительно-трудовых лагерей.

1931 г. – отправлен Белбалтлаг. До отправки на строительство Беломорканала просидел в одиночной камере полтора года. В лагере его отправили на учебу на фельдшера, и он работал после этого в лагерях как фельдшер.

1937 г. – вернулся из заключения в Новгород. Жил на хут. Гнездышко Окуловского района Новгородской области. Работал лекпомом в детдоме им. Ушинского. Тайно служил.

6 августа 1937 г. – арестован. При аресте нашли в кармане у о. Викторина Евангелие, что усугубило его вину. Помещен в тюрьму г. Боровичи Ленинградской обл.

28 декабря1937 г. – расстрелян в г. Боровичи.

25 марта 2004 г. – причислен к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских постановлением Священного Синода Русской Православной Церкви для общецерковного почитания.

Сохранились воспоминания духовных детей о. Викторина о первых годах службы батюшки в Никольской церкви: "Прот. Викторин был исключительным духовником.Он мыслил чисто по-православному…»"[7].

*

Многие сестры Иоанновского монастыря, после закрытия обители осенью 1923 стали духовными детьми отца Викторина. Среди них была и казначея монастыря, одна из ближайших духовных дочерей о. Иоанна Кронштадтского, на средства которой построили храм-усыпальницу святого, монахиня Иоанна (в миру Анна Яковлевна Лежоева). После закрытия обители она поселилась вместе с игуменией Ангелиной и еще двумя сестрами в доме на ул. Полозова, 22. Не зная кого выбрать своим духовником, матушка обратилась с этим вопросом к викарию Петроградской епархии епископу Гдовскому Димитрию (Любимову). Владыка ответил ей: "Лучшего чем отец Викторин не найдешь, ступай к нему". И монахиня Иоанна окормлялась у батюшки вплоть до его ареста в 1930 г.[13].

*

Вокруг молодого и ревностного священника в начале 1920-х гг. образовалось своеобразное братство его духовных детей, в которое входило около 20 человек, в основном представителей интеллигенции, но в их число влились после закрытия Иоанновского монастыря и некоторые молодые послушницы: ставшая псаломщицей в Никольском храме Марфа Богданова, Ольга Грум-Гржимайло и др. В Никольскую церковь ходили молиться члены православного братства прп. Серафима Саровского, которое собиралось в расположенной неподалеку квартире руководителя Ивана Михайловича Андреевского. В молебне при основании братства в январе 1927 г. участвовал диакон Никольской церкви Кирилл Иванов, а через год этот молебен в день прп. Серафима служил сам о. Викторин. Один из братчиков Эдуард Розенберг перешел в его храме из лютеранства в православие. По словам помощника о. Викторина диакона Кирилла: "Большое внимание уделял о. Викторин воспитанию верующих. В своих проповедях он призывал к частому посещению храма, к соблюдению постов, к частой исповеди и причастию. Обращался к родителям с призывом, чтобы они чаще приводили в церковь детей и учили их Закону Божиему"[14].

*

Сохранились воспоминания о том, как протекала жизнь в приходе Никольской церкви: "О. Викторин любил служить и говорил: "Как трудно начинать всенощную чтобы ввести массу людей в молитвенное русло. Много прихожан вносят с собою мирские интересы со своих работ. А литургию начинать легче. Многие готовятся к причащению и приходят с покаянным чувством". В его церкви исповедь всегда была частая. Правила ко причащению все вычитывали дома, а в церкви стояли тихо, сосредоточившись на своих грехах. Начиналась исповедь в 7 ч., так что литургия начиналась поздно и кончалась поздно. Домой прихожане приходили часа в 3 к обеду. Приход был небольшой, но его духовные чада были разбросаны по всему городу. Он был очень внимателен к каждой душе... После Пасхи, чтобы не рассеивались прихожане духовно, о. Викторин устраивал паломничества, большей частью в Макарьевскую пустынь Новгородской губернии. Ехали по отдельности, чтобы не привлекать внимания, на станцию Любань. Там собирались в избе одного из духовных чад и поджидали батюшку. Потом ночевали, и рано утром отправлялись в пустынь. С паломниками иногда ходил и диакон. У диакона был хороший тенор, он хорошо пел. Люди любили эти паломничества и так устраивали свои отпуска, чтобы быть свободными"[15].

*

Некоторые представления о жизни общины дают и архивные документы. В сентябре 1924 г. церковь сильно пострадала от печально известного наводнения, но прихожане ее быстро восстановили. В этом же году в Никольском храме управляющий Ленинградской епархией епископ Венедикт (Плотников) рукоположил во священников двух иоаннитов, которых привез для посвящения настоятель Кронштадтского Андреевского собора священномученик о. Николай Симо (раскаявшиеся иоанниты еще в 1919 г. были приняты митрополитом Петроградским Вениамином в полное общение с Православной Церковью). О. Викторин 16 марта 1923 г. был зарегистрирован в качестве тыл.ополченца, в 1924 г. возведен в сан протоиерея, а 16 сентября 1925 г. его снова вопреки советским инструкциям включили в состав приходского совета. Лишь через год - 29 октября 1926 г. по предписанию заведующего районным столом регистрации настоятеля пришлось вывести из членов совета. Согласно отчету батюшки в 1926 г. он совершил в храме 41 крещение, 14 венчаний и 5 отпеваний. Прихожане очень высоко ценили своего пастыря, и 3 апреля 1927 г. на общем собрании единогласно постановили "выразить искреннюю благодарность нашему дорогому батюшке, отцу настоятелю Викторину Добронравову за неутомимый труд и заботу о своей пастве и за умелое воспитание своих духовных детей"[16].

*

О. Викторин также был духовником некоторых известных священников Петроградской епархии. Так, в предсмертном дневнике гатчинского протоиерея Иоанна Смолина (скончавшегося 25 января 1927 г.) в записи от 17 сентября 1926 г. говорится: "Еще накануне соборования, в среду, перед вечерним богослужением, прибыл дорогой мой и возлюбленный о Господе духовник о. Викторин с иконою чудотворной Козельщанской Божией Матери. Совершив келейное богослужение, мы долго беседовали с о. Викторином в игуменской, на другой день, в четверг (день соборования) утром в 8 часов о. Викторин пришел ко мне в келию, и затем мы побеседовали по душам, и я посвятил его в некоторые из записей в сей тетради, относящихся до семейных моих отношений в связи со сборами моими домой, в вечность. Затем, в 9 часов утра, отправились в церковь. И здесь исповедовался как бы предсмертною исповедью, т. е. с повторением всех главнейших грехов, какие припомнил с детства и до сего. Литургию совершили втроем: о. Викторин, я и о. Владимир Дубровицкий с диаконом"[17].

*

Сохранился и трогательный рассказ монахини Викторины (Корнеевой) о том, как В. Добронравов изменил жизнь ее и сестры - будущей схимонахини Афинагоры (Корнеевой): "Мы жили как большинство людей того времени. Всему нас учили, и Закону Божию, но жили мы не по православному, постов не соблюдали, в церковь не ходили, раз в год говели, на Страстной неделе. Когда о. Викторин пришел к нам в дом и посмотрел на нашу жизнь, он все изменил. Мне было тогда 22 года. Когда мы к нему пришли, он сразу поставил нас так, что без его благословения мы ничего не делали. Дал молитвенное правило и как последователь о. Иоанна Кронштадтского велел причащаться каждое воскресенье, никогда поэтому не есть мяса и по возможности чаще ходить в церковь. Батюшка познакомил нас с матушкой Иоанной, и мы с ней всю жизнь были очень близки. Она была как духовная мать. О. Викторин определил нас на монашескую жизнь. Отслужил для нас специальный молебен у себя дома. Были только батюшка, мать Иоанна и мы с сестрой"[18].

*

27 ноября 1927 года состоялся визит Делегации Петроградского духовенства под предводительством еп. Дмитрия /Любимова/ к митрополиту Сергию /Страгородскому/.

В процессе беседы с митрополитом Сергием, выступившим за примирение Православной Церкви с правительственной властью, протоиерей Добронравов заметил: «Вы забыли, Владыко, что Церковь есть тело Христово, а не консистория с «журнальчиком» под цензурой атеистической власти». В ходе дальнейшей дискуссии о.Викторин высказывался так: «Истина ведь не всегда там, где большинство, иначе не говорил бы Спаситель о «малом стаде». И не всегда глава Церкви оказывается на стороне Истины. Достаточно вспомнить время Максима Исповедника». А на   возражения митрополита Сергия: «Своей новой церковной политикой я спасаю Церковь», все члены Делегации в один голос воскликнули:«Что Вы говорите, Владыка!», « Церковь не нуждается в спасении, — добавил протоиерей Добронравов — врата ада не одолеют ее. Вы сами, Владыко, нуждаетесь в спасении через Церковь».

 

Примечания:

[1] Житие священномученика протоиерея Викторина Добронравова. Сидней, 1991. С. 3.
[2] Там же. С. 4.
[3] Житие священномученнка протоиерея Викторина Добронравова // Православная Русь. 1991. N 8. С. 3-4.
[4] Центральный государственный исторический архив С.-Петербурга (ЦГИА СПб), ф. 19, оп. 113, д. 4320. Л. 141-142.
[5] Там же, ф. 678. оп. 2, д. 18. Л. 25.
[6] Центральный государственный архив С.-Петербурга (ЦГА СПб), ф. 151, оп. 2, д. 102. Л. 95-96.
[7] Житие священномученнка протоиерея Викторина Добронравова. Сидней, 1991. С. 4-5.
[8] ЦГА СПб, ф. 151, оп. 2, д. 102. Л. 1, 19-20, 78; ЦГИА СПб, ф. 678, оп. 2, д. 3. Л. 91.
[9] ЦГАСПб, ф. 1001, оп. 7, д. 9. Л. 5, 7 об., д. 1. Л. 50. ф. 151,оп. 2, д. 102. Л. 30, 35.
[10] Там же, ф. 1001, оп. 7, д. 1. Л. 69, ф. 151, оп. 2. д. 102. Л. 40, 47.
[11] См.: ЦГИА СПб, ф. 2279, оп. 1, д. 22.
[12] ЦГАСПб, ф. 151, оп. 2, д. 2, д. 102. Л. 16 об., 96 об.
[13] Житие свяшенномученика протоиерея Викторина Добронравова. Сидней, 1991. С. 4, 7.
[14] Антонов В.В. Два Петроградских исповедника // Русский пастырь. 1996. N 2. С. 24.
[15] Житие священномученнка протоиерея Викторина Добронравова. Сидней, 1991. С. 6-7.
[16] ЦГА СПб, ф. 151, оп. 2, д. 104. Л. 85.
[17] Предсмертный дневник о. Иоанна Смолина // Православная жизнь. 1997. N 11. С. 14.
[18] Житие священномученика протоиерея Викторина Добронравова. Сидней, 1991. С. 8-9.

Арх.:
Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской обл. Д. П-77463, П-83017;
ЦГА СПб. Ф. 151. Оп. 2. Д. 102-104;
Андреева М. Ф., Можанская А. Ф. По прочтении «Синодика». СПб., 2000. Ркп. С. 7, 8, 13, 14.
 
Ист.:
Предсмертный дневник прот. Иоанна Смолина. Джорд., 2000. С. 1, 18-20, 31;

«Я иду только за Христом…»: Митр. Иосиф (Петровых), 1930 г. / Публ. А. Мазырина // Богосл. сб. / ПСТБИ. 2002. № 9. С. 388-390, 399, 412, 422.