Св. Царица-мученица Александра (1872–1918)

Новомученики и исповедники
Санкт-Петербургской епархии

Претерпевый до конца, той спасен будет
(Мф. 10, 22)

Св. Царица-мученица Александра (1872–1918)

Императрица

Дни памяти
4 (17) июля; Собор Санкт-Петербургских святых – третье воскресенье по Пятидесятнице.
Храмы
Федоровский собор в Царском Селе

 «Христианство, как небесная любовь, возвышает душу человека.
Я счастлива: чем меньше надежды, тем сильнее вера.
Бог знает, что для нас лучше,а мы нет...»

(Из дневников св. Царицы Александры)  

Одна из самых образованных, утонченных и красивых женщин своего времени... Прославленная в лике святых Православной Церковью мученица... Не понятая и отвергнутая, оклеветанная и осмеянная, претерпевшая унижение и издевательства, неблагодарность и равнодушие, предательство и изгнание, пытку неизвестностью, страшную опасность, грозившую детям и Царю, и их смерть... До сего дня мало или почти неизвестная большинству русских... Мы, тот самый народ, за который она пожертвовала собой и жизнями пятерых детей, продолжаем судить о ней по бульварщине или стоим в недоумении перед целыми библиотеками добросовестных книг и публикаций, где к правде незаметно примешались клевета, вольный и невольный вымысел. Таково уж свойство изощренной клеветы: ею, как сажей, марает даже тот, кто хочет очистить. Сплетни, слухи, сенсации, "разоблачения", противоречивые и "неопровержимые" свидетельства, туманные намеки, покров тайны над некоторыми фактами и лицами. И вдруг — святость. Изреченный соборным мнением Церкви строгий и непреложный вердикт, свидетельствующий праведность Царицы, ее жертвенную любовь к Богу и людям. Почему? Отчего вдруг Церковь сочла своим долгом совершить прославление Царской Семьи? В ответ на эти вопросы могут быть написаны еще несколько томов в дополнение к тем, что уже наличествуют. А мы — не будем. Мы перелистаем дневниковые записи Государыни и просто вглядимся в этот дивный лик святой Императрицы. Лицо любого человека, его глаза — книга его души. Чем чище и выше она, тем благороднее и одухотвореннее его лицо, тем больше доброты, мира и покоя в глазах, тем с большей отчетливостью проступает в них икона образа Божия. "Без чистоты невозможно представить истинную женственность. Даже среди этого мира, погрязшего в грехах и пороках, возможно сохранить эту святую чистоту. "Я видел лилию, плавающую в черной болотной воде. Все вокруг прогнило, а лилия оставалась чистой, как ангельские одежды. В темном пруду появилась рябь, она покачивала лилию, но ни пятнышка не появилось на ней ". Так что даже в нашем безнравственном мире молодой женщине можно сохранить незапятнанной свою душу, излучая святую бескорыстную любовь "(из дневника Государыни, автор приводимой ею цитаты неизвестен).   Cудьба этой женщины удивительна. Дочь великого герцога Людовика Гессенского и Алисы Английской, внучки королевы Английской Виктории, по происхождению немка, по воспитанию англичанка, лютеранка по вероисповеданию, она приняла святое Православие и стала, по свидетельству близких ей людей, по духу истинно-православной, подлинно русской женщиной. В 1894 году юная красавица принцесса Алиса Гессенская выходит замуж за последнего российского Императора Николая Александровича и становится русской Императрицей. Этих двух людей соединили искренняя любовь и беззаветная, до смерти, преданность друг другу. Но так много тяжкого и страшного легло на хрупкие плечи молодой Царицы в земле Русской... Русская кондовая безалаберность на Ходынском поле омрачила свадебные торжества. Долгие годы слабая здоровьем Царица горячо молилась о даровании России наследника престола. Затем — великая радость и снова тяжелый крест, неизлечимая болезнь Цесаревича Алексея. Государыня несла этот крест с подлинно христианским смирением и кротостью, за все: и за радость, и за горе — благодаря Господа. Подарив своему венценосному супругу пятерых детей, она сумела воспитать в них глубокую веру в Бога, любовь к Православию и его святыням, трудолюбие, почтительное и доброе отношение к окружающим вне зависимости от их социального уровня.    Свое положение Императрицы христианского государства и всю свою жизнь без остатка она понимала как долг, обязанность быть для подданных примером жизни по Евангелию. Многим в окружении Императрицы это было не по вкусу, многие отказывались ее понимать, каждый ее шаг, манеры, ее болезненность, природная скромность и стеснительность перетолковывались во зло. С изощренной жестокостью выдумывались подлые прозвища: глубокая и настоящая вера Императрицы — "религиозная фанатичка"; серьезные болезни, которые она мужественно терпела (с юности — тяжелая болезнь ног, болезнь сердца, невралгия) — "истеричка". Несть им числа. Вплоть до "немецкой шпионки и агентки".
Открытый, явный пример жизни по Заповедям Христа, без тени лицемерия ханжества, слишком "не ко двору" пришлись тогдашнему обществу — кстати, не только великосветскому.   Еще до трагедии 1917-го Царя и его Семью предали в конечном итоге все слои русского "образованного"общества: аристократ, и священник, и дворянин, крупный промышленник.
А что же народ? "Народ — дитя", — говорила Царица. Так вот, этот самый простой народ, столетиями привыкший слушаться старшего: аристократа, барина-дворянина и купца, и подражать ему во всем с детской непосредственностью — принял ложь за чистую монету. В страшном 17-м на улицы столицы вышли толпы простонародья, хулившие Императрицу, называвшие ее "германской шпионкой Алисой", и за рубли, розданные неизвестными, бившие витрины и полицейских.  Хорошая и нужная сама по себе традиция субординации социальных групп и "подражания старшему", употребленная высшими слоями общества во зло главе государства, сыграла роль удавки все для того же несчастного аристократа, дворянина и купца. Государыня претерпела все, зная, что клевета — удел праведных: "Много скорбей у праведного и от всех их избавит его Господь"(Пс. 33). Евангелие было для нее не отвлеченным моральным кодексом, а образом жизни, который делает человека достойным гражданином Небесного Царства. Она постоянно читала Библию и толкования св. отцов Церкви, чтобы более точно и ясно знать путь, по которому должно идти за Христом. Стараясь во всем познать волю Божию, Царица не только молилась, регулярно была на богослужениях, исповедовалась, ездила по святым местам, но и посещала великих подвижников, Христа ради юродивых — русский народ назвал их "людьми Божиими". Действительно, необычайная близость этих людей к Богу помогала Царице во всем познать и неукоснительно исполнять волю Всевышнего. Среди таких имен — св. праведный Иоанн Кронштадский, блаженная Паша Саровская, блаженная Мария Новгородская. Все они предсказывали гибель России и династии. Какая же сила духа требовалась, чтобы, зная эти грозные пророчества, не впасть в уныние и не отчаяться, трудиться не покладая рук!    Государыня занималась широкой благотворительной деятельностью, помогала мужу решать вопросы государственного управления. Стремясь помочь всем страждущим, бедным, нищим, сиротам, она устраивала детские приюты, благотворительные базары, на которых продавалось то, что было связано, сшито или сделано ее собственными руками. С улыбкой, превозмогая слабость тяжкие боли в сердце и в ногах, Государыня вместе с дочерьми выстаивала на этих базарах долгие часы; вырученные здесь немалые средства шли на поддержание благотворительных учреждений. В начале войны Александра Федоровна с Великими Княжнами Ольгой и Татьяной становятся сестрами милосердия. И снова она вместе с двумя старшими дочерьми выстаивала долгие часы, теперь уже за операционным столом, была сиделкой, выполняла самую тяжелую и грязную работу. Удостоенные присутствия Ее Императорского Величества воины смотрели на нее с благоговением и любовью, подлинно — это была их заботливая и любящая мать. Высшие и "образованные"слои общества не понимали и осуждали деятельность Императрицы.   "Государыня знала о кампании, которая велась против нее, — вспоминает воспитатель Цесаревича Алексея Пьер Жильяр, — И страдала от этого, как от глубокой несправедливости, ибо она приняла свое отечество так же, как новую религию, со всем порывом своего сердца; она была русская по чувствам, так же как право славная — по убеждению". Царица сама воспитывала пятерых детей и, даже находясь в ссылке в Тобольске и Екатеринбурге, давала им уроки Закона Божия.   Почему Императрица не была понята российским обществом, почему на ее доброе имя селевым потоком лились заказная клевета, сплетни и ругань, находя на удивление благодарную почву во всех его слоях? "Невольная ее вина состояла в том, — объясняет близкая подруга императрицы Лили Ден, — что она не отдавала себе отчета в том, что в глазах своих подданных она должна сверкать и служить украшением, а не приносить пользу в обыденном смысле этого слова". Вот эта — то декоративно представительская роль Императрицу и не устраивала, она привыкла делом, а не изысканными беседами и тонкими философскими рассуждениями подтверждать имя Царицы христианско — православной Империи. Каждый день ее жизни представлял собой борьбу за любовь, сострадание и бескорыстие. Эту борьбу она вела с Божией помощью, испрашивая ее в молитвах, получая в Таинствах Православной Церкви. "Мы не можем, — писала она в своем дневнике, — взрастить любовь в своих сердцах к другим без Божественного вдохновения. Прекрасные качества христианского характера — это не обычные добродетели. Ничто, кроме любви Господа, не может пробудить в нас духовные силы и возможности". Не только по воскресеньям, но и в будни Царица присутствовала за богослужением в храмах. Чтобы не быть узнанной, она уезжала на дальние приходы, одевалась скромно и закрывала лицо вуалью. В церкви она чувствовала себя ближе к народу и со слезами вымаливала у Бога облегчение участи всех, и живых, и ушедших, всей России, — воспоминают о ней случайные очевидцы и немногие близкие ей люди. После отречения Царская Семья могла уехать за границу, но Государь и Государыня предпочли унижению и позору эмиграции "смерть за други своя". Мертвые сраму не имут... "Да я лучше буду последней поломойкой, но останусь в России!" — это подлинные слова русской Царицы Александры Федоровны. Дошедшие до нас дневниковые записи императрицы Александры Федоровны уцелели чудом, и в них открывается подлинная Царица, истинная христианка, супруга и мать. Через них она обращается к сердцу каждого из нас, дает нам бесценные уроки счастливой, правильной, и, самое главное, богоугодной жизни. По воспоминаниям близкой подруги императрицы Анны Вырубовой — Танеевой, большая часть личной переписки Ее Императорского Величества, а также некоторые дневники были уничтожены в 1917 году. То, что мы имеем сегодня, — бесценные фрагменты, по которым спустя почти столетие возможно, хотя не полностью, хотя в общих чертах, восстановить этот чудотворный образ, образ души последней русской Императрицы, праведницы и великомученицы. Удивительно отчетливо встает перед нашим внутренним взором благороднейшая натура Императрицы, ее тонкий, проницательный ум, ее большое и любящее сердце. Уметь жертвовать собой ради ближних, отсекать свои эгоистичные наклонности, которые становятся непреодолимым барьером между Богом и человеком — одна из главных тем записей Императрицы. В этом открывается суть Христианства как веры любви, ибо истинная любовь всегда жертвенна. Иеромонах Симеон

 

http://ricolor.org/history/mn/nv/family/10/

 

 

 

 

Тропарь, глас 4.(св. Царственным мученикам)
Днесь, благовернии людие, светло почтим/ седмерицу честную Царственных страстотерпец,/ Христову едину домашнюю Церковь:/ Николая и Александру,/ Алексия, Ольгу, Татиану, Марию и Анастасию./ Тии бо, уз и страданий многоразличных не убоявшеся,/ от богоборных смерть и поругание телес прияша/ и дерзновение ко Господу в молитве улучшиша./ Сего ради к ним с любовию возопиим:/о, Святии страстотерпцы,/ гласу покаяния и стенанию народа нашего вонмите,/ землю Российскую в любве к Православию утвердите,/ от междоусобныя брани сохраните,/ мир мирови у Бога испросите/ и душам нашим велию милость.

Из писем императрицы Александры Федоровны:

"У кого совесть чиста, тот и клевету и несправедливость легче переносит. Не для себя мы живем, а для других, для Родины (так это и понимали)."

*

«Вера крепка, дух бодр; чувствую близость Бога… Крестный путь, а потом Христос Воскресе! Что время? Ничего, жизнь суета, все готовимся в Царство Небесное. Тогда ничего страшного нет. Все можно у человека отнять, но душу никто не может… Вся жизнь борьба, а то не было бы подвига и награды. Ведь все испытания, попущенья – все к лучшему… Делают люди тебе зло. А ты принимай без ропота: Он и пошлет ангела-хранителя, утешителя Своего. Никогда мы не одни. Он Вездесущий – Всезнающий – Сама любовь… Школа великая. Господи, помоги тем, кто не вмещает любви».

*

«…Господь Бог дал неожиданную радость и утешение, допустив нас приобщиться Святых Христовых Тайн, для очищения грехов и жизни вечной. Светлое ликование и любовь наполняют душу».

*

Александра Федоровна , став в 1894 г. Императрицей, первое время не имела под своим покровительством никакого благотворительного ведомства. Но уже в 1895 г. она приняла покровительство над созданным в том же году Попечительством о домах трудолюбия и работных домах, к чьей помощи прибегали безработные, бродяги, освободившиеся из мест заключения, лица, утратившие прежний социальный статус. По ее инициативе были открыты ортопедические клиники для детей, оказывалась помощь туберкулезным санаториям в Крыму. Во время голода 1898 г. она пожертвовала 50 000 руб. из своего частного фонда, что составляло восьмую часть семейного бюджета. Под покровительством Александры Федоровны находились также Попечительство для сбора пожертвований на ремесленное образование бедных детей, Всероссийское попечительство об охране материнства и младенчества, Школа народного искусства и множество других благотворительных заведений.

*

В нелегкие годы Русско-японской войны на средства Императрицы Александры Федоровны, а также иных членов Императорской Фамилии (вдовствующей Императрицы Марии Федоровны, Великих Княгинь Марии Павловны, Ксении Александровны, Марии Николаевны, Татьяны Николаевны, Ольги Николаевны и Цесаревича Алексея Николаевича) было оснащено восемь военно-санитарные поезда.

В условиях начавшейся Первой мировой войны главным направлением благотворительной деятельности Александры Федоровны стала забота о раненых и больных воинах. Уже 13 ноября 1914 г. в Царском Селе был освящен военно-санитарный поезд № 143 (с тремя автоколоннами и отрядом санитарных повозок при нем), которому было присвоено имя Императрицы Александры Федоровны.

*

Под покровительством Александры Федоровны были также образованы подвижные поезда-склада под флагом Красного Креста с целью оказания помощи как учреждениям Российского общества Красного Креста, так и военного ведомства в деле снабжения их необходимыми предметами медицинского снаряжения и питательными средствами. Снабжались поезда-склады средствами складов, устроенных Императрицей в Петрограде и Москве. Всего было оборудовано 4 поезда-склада по 9 вагонов в каждом.

Вместе с дочерьми Ольгой  и Татьяной Николаевнами, прославленными, как и вся Семья Николая II, в сонме святых, Александра Федоровна прослушала двухмесячный курс лекций по хирурги, прошла практические занятия и выдержала экзамен на звание сестры милосердия военного времени. При этом Государыня и её старшие дочери не просто числились сестрами милосердия, а реально трудились в учрежденных Императорской Семьей госпиталях, под размещения которых были отданы помещения дворцов и резиденций. Александра Федоровна, по воспоминаниям Анны Вырубовой: «Стоя за хирургом, государыня, как каждая операционная сестра, подавала... инструменты, вату, бинты, уносила ампутированные ноги и руки, перевязывала раны, не гнушаясь ничем и стойко вынося запахи и ужасные картины военного госпиталя во время войны». Раненым казалось, что ее перевязки держались дольше и крепче других. Ежедневная работа Императрицы в качестве сестры милосердия в операционной  Царскосельского лазарета продолжалась до конца 1916 года. Кроме того, как показало исследование, Александра Федоровна много внимания уделяла посещениям лазаретов и госпиталей, которые находились под ее покровительством или носили ее имя, а также многих других. К 10 декабря 1916 г. под ее покровительством только в Петрограде находилось 11 лазаретов и госпиталей и еще 11 носили ее имя.

*

Последний протопресвитер русской армии Г. Шавельский писал в связи с этим: «Она была чутка, отзывчива на людское горе и сердобольна, в устроении разных благотворительных учреждений изобретательна и настойчива. Множество новых, весьма крупных благотворительных учреждений возникло по ее инициативе, благодаря ее заботам и поддержке».

http://legitimist.ru/sight/history/2013/dinastiya-romanovyix-i-blagotvorite_p3.html

25 мая (7 июня) 1872 г. — родилась  в г. Дармштадте в семье герцога Людовика Гессенского и Алисы Английской.

1884 г. — встреча принцессы Алисы с наследником престола Николаем Александровичем.

8 апр. 1894 г.  — состоялась помолвка принцессы Алиса и цесаревич Николай Александровича.

21 октября 1894 г. — в дворцовой церкви Ливадийского дворца принцесса Алиса была присоединена к Православию через Миропомазание, получив имя Александры Феодоровны.

14 ноября 1894 г. — венчание в Большой церкви Зимнего Дворца в Петербурге Александры Феодоровны с Николаем Александровичем.

3 ноября 1895 г. — рождение первой дочери Великой княжны Ольги.

29 мая 1897 г. – рождение Великой княжны Татьяны.

14 июня 1899 г. — рождение Великой княжны Марии.

5 июня 1901 г. — рождение Великой княжны Анастасии.

30 июля 1904 г. — рождение великого князя Алексея Николаевича.

8 марта 1917 г. — императрица с детьми была арестована.

17 июля 1918 г. — расстрелена со всей семьей.

…Я кончал свой урок с Ольгой Николаевной, когда вошла императрица с наследником на руках. Она подошла к нам с явным намерением показать мне сына, которого я еще не знал. Безгранична была радость матери, которая увидела, наконец, исполнившимся свое самое заветное желание. Чувствовалось, что она вся сияет счастием и гордится красотой своего ребенка.

Пьер Жильяр

*

…И вот теперь и сын ее единственный, - ребенок, которого она всем материнским сердцем больше всего на свете любила, - болен той же болезнью, и смерть уже сторожит его, неотступно по следам идет шаг за шагом... и придет день, когда она унесет его … Когда мать поняла, что ей нельзя ждать никакой помощи от людей, - у ней осталась надежда только на Бога. Он Один мог сделать чудо! Но чтобы Он явил это чудо, надо заслужить его! И вот, и так уж очень набожная, она всецело отдалась православной вере - ушла вся в религию, с тою же страстностью и с тем же пламенным порывом, как привыкла делать все.

Пьер Жильяр

*

Она не любила ни роскоши, ни блеска, была равнодушна к туалетам настолько, что камеристкам приходилось напоминать ей о заказах новых платьев. Она носила одно и то же платье годами, в военные годы она не заказала себе ни единой принадлежности туалета.

Своих детей она весьма строго воспитывала в нетребовательности.

А.А. Танеева (Вырубова, мон. Мария)

*

Государыня, которая распоряжалась сравнительно большими средствами на приобретение убранств, не использовала деньги на себя, а раздавала их бедным или жертвовала на благотворительные цели до такой степени, что часто оставалась без денег, когда действительно был нужен новый праздничный наряд.

А.А. Танеева (Вырубова, мон. Мария)

*

В Царском Селе Государыня основала «Школу нянь», в которой молодые девушки и матери обучались уходу за детьми. …Государыня часто посещала школу, и директриса также, со своей стороны, приходила к Государыне засоветами. Порой я видела Государыню на полу, на коленях, со школьной директрисой, барышней Шнейдерделающих рабочие чертежи к коврам…

А.А. Танеева (Вырубова, мон. Мария)

*

Со своим обслуживающим персоналом Государыня обращалась всегда справедливо, но требовала от всех безусловной честности, возмущаясь даже незначительной неправдой. Она не умела притворяться, не могла улыбаться и разыгрывать себя приятной просто по привычке или по обязанности.

А.А. Танеева (Вырубова, мон. Мария)

*

Расставаясь с Государем, она была всегда вне себя и вначале горько плакала, хотя знала, что разлука продлится только день или два.

Особым утешением её была молитва. Непоколебимая вера в Бога поддерживала её и давала мир душевный, хотя она всегда была склонна к меланхолии. «Никогда нельзя знать, что нас завтра ожидает», - говорила она и всегда ждала худшего. Молитва, повторяю, была её всегдашним утешением. Припоминаю наши поездки зимой в Церковь, ко Всенощной. Бывали счастливые дни, когда нас не узнавали, и Государыня молилась, отходя душой от земной суеты, стоя на коленях на каменном полу, никем не замеченная, в углу тёмного Храма. Возвращаясь в свои Царские покои, она приходила к обеду румяная от морозного воздуха, со слегка заплаканными глазами, спокойная, оставив свои заботы и печали в руках Вседержителя Бога.

А.А. Танеева (Вырубова, мон. Мария)

*

Однажды в Царском Селе на Братском кладбище хоронили скончавшегося в одном из царскосельских лазаретов офицера. Один из наших друзей-офицеров поехал на вечернюю панихиду и рассказывал нам впоследствии, как глубоко он был потрясен всем им виденным. Служба еще не начиналась, но публики в церкви собралось много, и в маленькой церкви стало так душно, что он вышел на улицу. Темнело, и в сумраке весеннего дня кое-где белели кресты могил. Вдруг у ограды кладбища остановился автомобиль, из которого вышла дама, вся в черном, и, войдя в ограду, остановилась у первой же могилы, осеняя себя крестным знамением. Офицер отошел из скромности возможно дальше и ожидал, что дама сейчас уедет или пройдет в церковь. Но велико было его удивление, когда она, отойдя от одной могилы, пошла дальше и, остановившись с молитвой перед следующей, обошла все кладбище, молясь перед каждым крестом. Когда она дошла до офицера, он узнал в ней Государыню Императрицу, которая одна ночью молилась за души погибших своих подданных...

Я утверждаю, что не было ни одной более русской женщины, чем была Ее Величество, и это с особенной яркостью высказывалось во время революции. Глубоко православная, Она никогда и не была немкой иначе как по рождению. Воспитание, полученное Ее Величеством, было чисто английского характера, и все бывшие при Дворе знали, как мало общего у Ее Величества с Ее немецкими родственниками, которых Она очень редко видела, из которых некоторых, как, например, дядю - Императора Вильгельма - прямо не любила, считая его фальшивым человеком. Не будь Ее Величество такая русская душой, разве смогла бы она внушить такую горячую любовь ко всему русскому, какую она вложила в своих августейших детей.

После революции особенно сказалось отношение Ее Величества ко всему русскому. Пожелай она, намекни она одним словом, и Император Вильгельм обеспечил бы ом мирное и тихое существование на родине Ее Величества, но, уже будучи в заключении в холодном Тобольске и терпя всякие ограничения и неудобства, Ее Величество говорила:

- Я лучше буду поломойкой, но я буду в России.

Это - доподлинные слова Ее Величества, сказанные моему отцу. Я думаю, что этого не скажет ни одна русская женщина, так как ни одна из них не обладает той горячей любовью и верой в русского человека, какими была проникнута Государыня Императрица, несмотря на то, что от нас, русских, она ничего не видала, кроме насмешек и оскорблений.

Мельник-Боткина Т. Е.

*

Несмотря на все беспорядки, революционный Петроград готовился к большому празднеству: похоронам жертв революции. Похороны должны были быть гражданские, чего многие родственники вовсе не желали, и поэтому часть тел оказалась, несмотря на стражу, выкраденной. Количество жертв оказалось очень ничтожным, и это смутило революционные власти, но ненадолго: они отправились по всем мертвецким и набрали каких-то китайцев, умерших от тифа, и неизвестных покойников, которых положили в гробы, затянутые в красные тряпки, и отправились хоронить их на Марсовом поле.

То же самое решено было сделать в Царском Селе, но там количество жертв революции оказалось совсем мизерным: всего 6 человек солдат, угоревших пьяными в подвале магазина. Тогда в больнице нашли какую-то покойницу кухарку, а с Казанского кладбища выкопали уже давно похороненного стрелка, который был ранен на усмирении революционеров в Петрограде. Решено было похоронить их на лужайке в Александровском парке, под окном кабинета Государя. Уже не говоря о том, как это было намеренно оскорбительно для Царской Семьи, всякий, даже не порядочный, но хотя бы одаренный известным эстетическим чувством человек, должен был воспротивиться этому, так хороша была эта ярко-зеленая лужайка, расстилавшаяся от чугунной ограды, между двумя аллеями вековых лиственниц, до самого дворца, который белел в глубине, на фоне синего неба, своим полукруглым фронтоном.

Это была середина Пасхальной недели, и погода была уже теплая, весенняя; почки зеленели, и грело веселое солнце. Ее Величество с Великими Княжнами сидела у одного из окон дворца; у другого окна в нижнем этаже сидели фрейлины - графиня Гендрикова и баронесса Буксгевден, и все вместе, как потом оказалось, желали одного и того же - чтобы погода испортилась. Их желание было услышано, и в тот момент, когда красные гробы, сопровождаемые местным гарнизоном и довольно небольшим количеством публики, под звуки "Вы жертвою пали в борьбе роковой" появились в ограде парка, солнце вдруг спряталось, небо заволокло тучами, и густыми хлопьями стал падать мокрый, холодный снег, закрывший своей пеленой всех участников торжества от глаз Царской Семьи...

Мельник-Боткина Т. Е.

* До нас дошли воспоминания одного раненного: «Меня вносят в перевязочную. Поражает необыкновенная чистота... Задыхаюсь от тяжелого запаха собственного гноя…Пожилая женщина-врач в вязаном чепце с красным крестом осторожно режет бинты. Рядом стоит высокая женщина и так ласково улыбается. Вот она сама промывает рану. Напротив, две молодые сестрицы с любопытством смотрят на грязные кровавые отверстия моей раны… Где я видел эти лица?.. Меня охватывает сильнейшее волнение…Неужели они?.. Императрица…Ольга…Татьяна… Императрица любила работу. Гедройц уверяла, что у нее большие способности к хирургии. По собственному опыту знаю, что ее повязки держались дольше и крепче других» (И.В.Степанов. «Милосердия двери». –Царственные мученики в воспоминаниях верноподданных», М.,1999, с 312-315) 

 

Сила обожения в том, чтобы отвергнуться себя. Самый опасный грех, в который могут впасть деятельные, думающие, приносящие много пользы христиане - это духовная гордость. Когда мы думаем об этом, легко можно понять опасность, которой подвергся святой Павел после своего замечательного духовного возвышения. И неудивительно, что ему было послано мучительное испытание для того, чтобы уравновесить духовный взлет и одновременно приблизить его к земле. Давайте поэтому не удивляться, что и нам таким же образом, после того, как мы испытали величайшую милость, посылается и испытание, чтобы мы не теряли смирения.  "Сад сердца" Духовный дневник

Записки о семейной жизни. Императрица Александра Фёдоровна

 

Александра Феодоровна Романова, имп. Дневниковые записи, переписка. М., 1998;

Александра Феодоровна Романова, имп. О браке и семейной жизни. М., 1999;

Александра Феодоровна Романова, имп. Свет дивный: Дневниковые записи, переписка, жизнеописание. М., 1999.

Православная энциклопедия

Святые страстотерпцы Николай II и царица Александра

ПСТГУ

 Лит.:

В память Священного коронования Их Имп. Величеств Николая Александровича и Александры Феодоровны в Москве 14 мая 1896 года. СПб., 1896; Путешествие по России и за границей Их Имп. Величеств Государя Императора Николая Александровича и Государыни Императрицы Александры Феодоровны, 13 авг.- 19 окт. 1896 г. СПб., 1896; Германия в церковно-религиозном отношении с подробным описанием православно-русских церквей / Сост. прот. А. П. Мальцев. СПб., 1903; Гастфрейд Н. А. Обзор благотворительных учреждений в Германии. СПб., 1905; Шамборант А. В. Русский Царь с Царицею на поклонении московским святыням. СПб., 1909; Бельский Л. Легенды и повести о Святой Елисавете Венгерской, ландграфине Тюрингенской. М., 1910; Из моего альбома: 60 фотогр. снимков Е. И. В. Государыни Имп. Александры Феодоровны. Пг.; М., 1915; Березин В. Л. Святой пример царственных женщин. Пг., 1916; От Ее Имп. Величества Государыни Императрицы Александры Феодоровны: Памятка воину на 1916 год. М., 1916; Щеглов В. В. Собственные Е. И. В. библиотеки и арсеналы: Крат. ист. очерк, 1715-1915. Пг., 1917; Жильяр П. Император Николай II и его семья. Вена, 1921. М., 1991р; Кологривов К. Арест государыни императрицы Александры Феодоровны и августейших детей их величеств // Рус. летопись. 1922. Кн. 3; Лукомский Г. К. Последняя ночь в Александровском дворце // Накануне. 1922. № 189. 18 нояб. С. 2-3; Кизеветтер А. А. Письма императрицы Александры Федоровны к императору Николаю II // СЗ. 1922. № 13. С. 322-334; Витте С. Ю. Воспоминания. М.; Пг., 1923. Т. 1; Гурко В. И. Царь и царица. П., 1927; Канторович В. А. Александра Федоровна: (Опыт характеристики). Л., 1927; Шуленбург В. Э. Воспоминания об Императрице Александре Феодоровне. П., 1928; Buxhoeveden S. The life and Tragedy of Alexandra Fedorovna, Empress of Russia. L., 1928; Орем С. И. Заговор: Ист. заметки. Белград, 1931; Савченко П. Государыня Императрица Александра Федоровна. Белград, 1939. Джорд., 1983; Польский М., прот. Государь император Николай II и его семья - новые мученики российские. Джорд., 1949. Ч. 1. С. 218-264; Мельгунов С. Екатеринбургская драма: (Из неизд. кн. «Революция и царь») // Возрождение. 1949. Июль. С. 13-21; Шавельский Г. И. Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота. Н.-Й., 1954. М., 1996. 2 т.; Almedingen E. M. The Empress Alexandra. L., 1961; Светлой памяти императрицы Александры Феодоровны // Возрождение. 1962. № 127. Июль. С. 38-62; Из бумаг А. В. Тырковой-Вильямс: Запись рассказа кнг. С. Васильчиковой // Возрождение. 1964. № 156. Дек. С. 94-100; Андоленко С. Клевета на императрицу // Там же. 1968. № 204. Дек.; Киселев А., прот. Память их в род и род...: То, что надо знать, сохранить, донести. Н.-Й., 1981. М., 1990р; Паломничество царя-мученика благочестивейшаго Государя имп. Николая Александровича. Н.-Й., 1986; Гибель царской семьи: Мат-лы следствия по делу об убийстве царской семьи (авг. 1918 - февр. 1920) / Сост. Н. Росс. Франкфурт-на-Майне, 1987; Грибанов Э. Д. Российские нагрудные медицинские знаки. Рига, 1989; Фрейлина ее величества: Дневник и восп. А. Вырубовой. М., 1990; Руднев В. М. Правда о царской семье и «темных силах» // Светлый отрок: Сб. ст. о царевиче-мученике Алексее и др. царственных мучениках. М., 1990; Соколов Н. А. Убийство Царской семьи. М., 1990; Дитерихс М. К. Убийство Царской Семьи и членов Дома Романовых на Урале. М., 1991. 2 ч.; Альбом фотографий имп. Александры Феодоровны, 1895-1911 / Публ. З. И. Перегудовой // Рос. архив. М., 1992. Вып. 2-3. С. 463-466; Вильчковский С. Н. Царское Село. СПб., 1992; Мэсси Р. Николай и Александра. М., 1992; Российский императорский дом: Дневники. Письма. Фотографии / Сост. А. Н. Боханов, Д. И. Исмаил-Заде. М., 1992; Волков А. А. Около Царской семьи. М., 1993; Земляниченко М. А., Калинин Н. Н. Романовы и Крым. М., 1993; Мельник (Боткина) Т. Воспоминания о царской семье и ея жизни до и после революции. М., 1993; Радзинский Э. С. «Господи... спаси и усмири Россию»: Николай II: жизнь и смерть. М., 1993; Федорова В. Царские библиотеки // Родина. 1993. № 11. С. 32-35; Воейков В. Н. С царем и без царя. М., 1994; Николай и Александра: Двор последних русских императоров, кон. XIX - нач. XX в.: Кат. выст. / Сост. Е. А. Анисимова и др. СПб., 1994; Болотин Л. Царское дело: Мат-лы к расследованию убийства Царской Семьи. М., 1996; Мефодий (Кульман), еп. Из духовного сокровища Царской семьи // ЖМП. 1996. № 11. С. 68-73; Нектария (Мак Лиз), мон. Свет невечерний: Жизнь Александры Феодоровны Романовой, последней Всероссийской императрицы. М., 1996; Платонов О. А. Терновый венец России: Николай II в секретной переписке. М., 1996; Иванова Т. К., Логунова Е. П. Николай II и его семья в Петергофе. Петергоф, 1997; Боханов А. Н. Николай II. М., 1998;  Мейлунас А., Мироненко С. Николай и Александра: Любовь и жизнь. М., 1998; Подурец А. М. Саров: памятник истории, культуры, православия. Н. Новг., 1998; Пчелов Е. В. Генеалогия рода Романовых, 1855-1997. М., 1998; Рябов Г. Т. Как это было: Романовы: сокрытие тел, поиск, последствия. М., 1998; Сергий (Страгородский), архим. Письма из Сарова 13-22 июля 1903 года. М., 1998; Тайны Коптяковской дороги: Дело веры: Мат-лы к рассмотрению вопроса о так называемых Екатеринбургских останках, предположительно принадлежащих к членам царской семьи и верным слугам их. М., 1998; Соколов Н. А. Предварительное следствие, 1919-1922 гг. // Рос. архив. М., 1998. Вып. 8; Ден Ю. Подлинная Царица: Восп. близкой подруги имп. Александры Федоровны. СПб., 1999; Канонизация святых в XX в. / Комис. Свящ. Синода РПЦ по канонизации святых. М., 1999; Несин В. Н. Зимний дворец в царствование последнего императора Николая II (1894-1917). СПб., 1999; Деяние Юбилейного Освященного Аpхиеpейского Собоpа Русской Пpавославной Цеpкви о собоpном пpославлении новомучеников и исповедников Российских XX века. Москва, 12-16 августа 2000 г.